Вулиці та площі
В домах на Крещатике Шевченко писал стихи, а Врубель-просто расслаблялся
В домах на Крещатике Шевченко писал стихи, а Врубель-просто расслаблялся

Автор Дмитрий Лавров

Джерело Сегодня

От улицы Прорезной до Бибиковского бульвара главная улица города представляла собой уже прямую магистраль с выстроенными по фронту домами так называемой "купеческой архитектуры". Каждый владелец заботился об имидже своего здания и старался таким образом выделить его из ряда остальных. Так на фронтоне углового дома (N30/1) красовалась литера "З", а под ней на фасаде — вывеска с надписью "Hotel de France". Это означало, что купец Иван Зейферт выкупил у француза Шарля Дарри двухэтажный особняк и, надстроив в 1875 году третий этаж, открыл в нем респектабельную гостиницу "Франция".

А вот купцу Михаилу Дегтереву и трех этажей оказалось мало. В 1877 году он достраивает в своем доме (N38) четвертый этаж и тоже открывает отель под милозвучным названием «Бель-Вью». Любопытно, что автором проектов обоих зданий был неутомимый Владимир Николаев. Почерк этого зодчего узнаем и в очертаниях нынешнего Центрального гастронома (N40/1). Но в 1873 году, когда французский предприниматель Кане приступил к строительству дома, он отдавал предпочтение не столько магазину, сколько доходному заведению, то есть гостинице. Свой отель он так и назвал — «Кане». Буквально через дом (в N44) в конце XIX века открылся еще один пышный отель — «Франкфурт» (архитекторы Шлейфер и Краусс).

А какие люди останавливались в этих гостеприимных заведениях! В январе 1918 года в гостинице «Франция» жил профессор Томаш Масарик, чешский мыслитель, ученый, будущий президент независимой Чехословацкой республики. Но до столь высокого поста Масарик мог и не дожить, если бы святой Киев за него не «помолился». Во время артиллерийского обстрела города большевиками один снаряд попал в номер гостиницы, по соседству с которым заседали члены Чехословацкого народного совета. К счастью, снаряд не разорвался.

А вот в феврале-марте того же года в одном из номеров отеля «Кане» жил гетман Украины Павел Скоропадский. На время этот уголок Крещатика стал эпицентром всех главных событий, происходивших тогда в Украине. Вскоре гетман переехал в помещение, положенное ему по статусу — Царский дворец. Приютил «Кане» и Михаила Врубеля. Здесь художник жил в 1888—1889 годах после завершения сложнейших работ по реставрации и обновлению древней Кирилловской церкви. «Веду жизнь гомерическую, — писал Михаил Александрович сестре, — 3/4 денег извожу на еду и 1/2 времени на сон. Ничего не читаю, бываю только в цирке да изредка у Мацневых и Тарновских» (16.12.1888). Естественно, гений мог себе позволить чуточку расслабиться.

На фоне шикарных домов Шеделя, Дьяковой и де-Мезера, расположенных в квартале между ул. Фундуклеевской и Бессарабкой, довольно скромно выглядел двухэтажный особняк Сухоставского, завершающий крещатикские номера. Киевляне еще помнят этот выбеленный известной домик, который совершенно не вписывался в перспективу нового послевоенного Крещатика. В начале 60-х годов дом снесли, а на его месте возвели многоэтажку с магазином ювелирных изделий «Каштан».

А ведь место это «архиисторическое». В 1846 году здесь, в усадьбе Сухоставского, снимал квартиру член тайного Кирилло-Мефодиевского общества Николай Костомаров, его часто навещал Тарас Шевченко. Об этих встречах Костомаров вспоминал так: «С приходом весны мы часто встречались с ним в небольшом садике Сухоставских, который имел подлинно украинский характер: он был засажен преимущественно вишнями, были там и несколько колод с пчелами, которые радовали нас своим жужжанием…»

В следующем году, находясь уже в заключении, Шевченко пишет два стихотворения с посвящением Костомарову — «Веселе сонечко ховалось» и «Садок вишневий коло хати». Тот ли это садок? Вероятно, да. Максим Рыльский в одном из своих произведений также указывает на тесную взаимосвязь между именем известного кирилло-мефодиевца и шевченковской строкой: «Ах, як далеко Костомаров, садок вишневий і село.»